Казанскую осеннюю отмечают 4 ноября — 22 октября по старому стилю. Народное название связано с празднованием Казанской иконы Божией Матери в память об освобождении Москвы в 1612 году. В деревенском календаре эта дата стала рубежом завершения осенних работ и перехода к зимней жизни. [1]⁠[2]

Для человека, работавшего вдали от своей деревни, Казанская могла означать долгожданный расчёт и дорогу домой.

Сдать работу и получить деньги

В книге «Народная Русь» 1901 года Аполлон Коринфский описывал обычай заканчивать к Казанской строительные работы. Плотники, каменщики, штукатуры и землекопы сдавали подряд, получали деньги и собирались в деревню. [2]

Предстоящий расчёт звучал и в поговорках: «На Казанску у хозяев и пузатая мошна худеет, а у работника — тощая толстеет!» За шуткой стоял важный для наёмного человека срок: месяцы труда наконец превращались в заработок, который можно было увезти семье. [2]

Перед отправлением работники заказывали в церкви молебны, прося благословения на дорогу. Подрядчики тоже служили благодарственные молебны — за благополучное завершение работ. У других отходников путь уже подходил к концу: по словам Коринфского, многие спешили вернуться к Казанской домой. [2]

Дорога между осенью и зимой

Позднеосенний путь мог встретить и дождём, и снегом. Коринфский приводит совет: «Выезжаешь о Казанской на колесах, а полозья в телегу клади!» В этой поговорке перемена сезона предстаёт вполне осязаемо: сани могли понадобиться раньше, чем путник доберётся до места. [2]

У Владимира Даля рядом с Казанской записано: «На казанскую добрые люди вдаль (в отъезд) не ездят». Такие слова передавали настороженное отношение к дальней дороге в переходную пору. Сам Даль замечал, что погодные наблюдения могли иметь общий смысл, но не подходили к каждому отдельному случаю. [3]⁠[4]

Добравшихся до деревни ждал праздник. По описанию Коринфского, к Казанской варили пиво, работники отдыхали после промысла. В сёлах, где день был престольным праздником, собирался весь приход; приезжали торговцы с товарами. Полученный заработок возвращался вместе с людьми в деревенскую жизнь. [2]

Свадьба понарошку

Казанская приходилась и на свадебную пору. Даль записал пожелание: «Кто на казанской женится, счастлив будет». А в некоторых местах брачная тема становилась настоящим уличным представлением. [3]⁠[5]

Этнограф Владимир Чичеров приводит запись Алексея Макаренко из села Кежма на Ангаре. Девушки наряжались женихом, невестой, дружкой и другими участниками свадебного поезда. В санях они ездили по улицам, пели и плясали; за ними следовали дети и любопытные взрослые. Затем молодёжь собиралась на вечерки. [5]

Чичеров отмечал, что аналогичная форма гулянья не была зафиксирована в Европейской части страны. Кежемский пример показывает местный способ отметить время сватовства и свадеб. [5]

Для возвращавшегося с промысла человека Казанская соединяла окончание долгой работы с возможностью снова быть дома и участвовать в жизни своей деревни. Поэтому к празднику стоило поспешить.

Источники и материалы

  1. Татарстанская митрополия. «4 ноября. Празднование Казанской иконе Божией Матери». Дата и церковное посвящение праздника. Церковный календарь
  2. А. А. Коринфский. «Народная Русь», 1901. Глава «Последние назимние праздники». Завершение подрядов, расчёт с работниками, дорога домой и деревенское празднование. Текст главы
  3. В. И. Даль. «Пословицы русского народа», 2-е изд., т. 2, 1879, с. 522. Поговорки о дороге и свадьбе на Казанскую. Страница книги
  4. В. И. Даль. «О поверьях, суевериях и предрассудках русского народа». Раздел «Приметы». Рассуждение о применимости погодных наблюдений. Текст раздела
  5. В. И. Чичеров. «Зимний период русского земледельческого календаря XVI–XIX веков». Москва: Издательство АН СССР, 1957. Описание гулянья в Кежме по записи А. А. Макаренко и его региональная характеристика. Цифровая копия книги, страницы файла 43–44

Опубликовано

Редакция Календарь365.Ру