Аврамий Овчар и Анастасия Овечница

11 ноября в народном календаре — Аврамий Овчар и Анастасия Овечница, день, с которым в некоторых местностях связывали чествование пастухов и завершение расчётов за выпас овец. Исторические описания относят его к 29 октября по старому стилю; в современном календаре этой дате соответствует 11 ноября. ^[1]⁠^[2]⁠^[3]

Пастухи играли на рожках, пели, поздравляли хозяев стад, а вечером садились за угощение. Вместе с песнями звучали разговоры о ценах на шерсть и деньгах, которые скупщики вносили вперёд. ^[2]

Эта картина дошла до нас во многом через воспоминания. В опубликованном в 1838 году рассказе «Овечий праздник» Михаил Макаров обращался к рассказам старожилов Рязанской, Владимирской и других губерний: уже за полвека до публикации развёрнутое торжество там нередко оставалось преданием. При этом местами обычай сохранялся и позднее, как отмечала историк Марина Громыко. ^[2]⁠^[4]

Откуда взялись Овчар и Овечница

В церковном календаре на этот день приходится память Анастасии Римляныни, Авраамия Затворника и Авраамия Ростовского. В календаре народных примет и обычаев, сообщённом И. Щуровым, рядом с названиями Овчара и Овечницы указан именно Авраамий Затворник. ^[1]⁠^[3]

Этнограф Иван Калинский писал, что Авраамия и Анастасию в народе считали покровителями овец. Он связывал это с совпадением церковной даты и хозяйственного праздника. Анастасию называли также Стригольницей — это прозвище Калинский объяснял стрижкой овец. ^[1]

Такое объяснение принадлежит исследователю XIX века. Его описание позволяет увидеть связь имён с овцеводством, но не устанавливает единый срок стрижки для всех российских местностей.

У Калинского есть и наглядная деталь пастушеского быта: икону Анастасии ставили на деревьях в поле, где паслись овцы. Пастухи обращались к святой с молитвой, веря, что она убережёт животных от волков и болезней. ^[1]

Рожок в работе и на празднике

Стадо на время выпаса доверяли пастуху. Нужно было следить за животными, собирать их и направлять туда, где они могли пастись и пить.

Одним из рабочих инструментов был рожок. В описании предмета начала XX века из собрания музея «Малые Корелы» перечислены его задачи: созывать стадо, вести на водопой, задавать направление движения, предупреждать об опасности. Для разных команд существовали свои наигрыши. Этот северный музейный предмет иллюстрирует пастушеский труд; рожки упоминаются и непосредственно в рассказах об Овечьем празднике. ^[2]⁠^[5]

По описанию, которое приводит Громыко, торжество начиналось на заре. Пастухи становились главными участниками дня: играли, пели и поздравляли владельцев овец с благополучным окончанием выпаса. Песни и пляски продолжались до вечера. ^[2]

Звук, который помогал собирать животных в течение сезона, сопровождал теперь праздник его завершения.

Когда заканчивались расчёты

У Овечьего праздника была вполне определённая хозяйственная сторона: в этот день производили последние расчёты с пастухами за сезон. Почёт и угощение сопровождались оплатой выполненной работы. ^[2]

К вечеру разговор переходил к шерсти. Её ещё предстояло продать, договориться о цене и принять задатки скупщиков. Поэтому завершение пастбищного сезона одновременно открывало новые денежные дела.

В рассказе Макарова, дошедшем в современной перепечатке, после песен и плясок хозяева собираются на вечерние посиделки. Расчёт с пастухами окончен, появляется брага, среди участников ходят закупщики. И здесь автор замечает, что увлёкшийся весельем овцевод мог ошибиться в сделке. ^[4]

К концу праздничного дня одни обязательства уже были исполнены, а другие только возникали: пастух получал заработанное, хозяин договаривался о шерсти, скупщик оставлял задаток.